В Даурии дикой пустынной
Отряд воеводы идет.
В отряде том поступью чинной
Великий страдалец бредет.

Жена с ним и малые дети
Изгнание вместе несут.
За правую проповедь в свете
Жестокий им вынесен суд.

Не солнце над ними сияет,
Не радостный отдых их ждет,
Мороз до костей пробирает,
И голод по нервам их бьет.

Вот стонет жена, голодая,
И силы кидают ее,
И дети к ней жмутся, рыдая,
Пеняет она на житье:

«Петрович, да долго ль за правду
Изгнание будем нести?
Ужели не встретим отраду?
И долго ли будем брести...»

«До самыя, Марковна, смерти, —
Ей скажет Аввакум борец, —
До самыя, Марковна, смерти,
Когда мой наступит конец»

«Бредем мы, Петрович, о, Боже!» —
Вздохнувши, промолвит жена.
Должно быть, ей правда дороже
Спокоя, здоровья и сна.

И ветер в Даурии дикой
Унылую песню поет,
И отзвуки речи великой
В Россию он смело несет.

И речи той с ужасом внемлют
Гонители правды святой,
Но с радостью в сердце приемлет,
Кто верит заре золотой.